Прямой эфир +7 (846) 219-33-11 || +7 987 432 52 95 (для SMS, Viber,WhatsApp)

Эхо Москвы в Самаре

«Персонально ваш» /Виктор Акопьян // 28.08.20

«Персонально ваш» /Виктор Акопьян // 28.08.20
Август 29
15:00 2020

Программа «Персонально ваш» за 28 августа 2020 года

Гость — Виктор Акопьян, министр образования и науки Самарской области.

Ведущая — Татьяна Брачий.


Т. Брачий— Виктор Альбертович, хотела начать с 1 сентября, но вы мне напомнили перед эфиром, что у нас вообще-то еще одно знаковое событие в образовательной среде. У нас на карантин уходили не только школы, у нас уходили детские сады. И вот с понедельника детские сады вышли из того самого большого карантина. Как все произошло? И, я понимаю, что как раз неделя прошла, какие тенденции наблюдали?

В. Акопьян— Мы с конца марта этого года по рекомендации федерального министерства просвещения организовали в детских садах дежурные группы. И постепенно в течение лета выходили из этого режима. Родители помнят, что сначала мы просили справки с места работы от двух родителей, затем с одного родителям, и вот 24 августа, когда на оперативном штабе мы приняли решение в регионе, что перед началом учебного года (а в детских садах он тоже с 1 сентября начинается) мы должны быть готовы к тому, что и детские сады должны заработать в полноценном штатном режиме. Напомню, что наш регион перешел на третий этап снятия ограничительных мероприятий.

Т. Брачий— Он же перешел.

В. Акопьян— Да. Поэтому образовательные организации начинают работать в полноценном режиме, дошкольные и школьные и все остальные типы и виды, поэтому с 24 августа мы приглашаем всех родителей привести детей в детские сады, причем и тех, кто с 1 сентября пойдет в детский сад.

Т. Брачий— То есть тех, кто впервые пойдет в детский сад.

В. Акопьян— Впервые, да. Дело в том, что, конечно, мы всегда знаем, что маленький ребенок, приходя в детский сад, испытывает некоторые сложности с адаптацией. И вот эта неделя с 24 августа по 31-е была тоже предоставлена родителям для того, чтобы маленький наш малыш мог прийти в детский сад, привыкнуть к группе, привыкнуть к воспитателю, привыкнуть к условиям. Родители могли оставлять его на час, на два, на три, это уже как позволяла программа адаптации ребенка к новым условиям воспитания в детском саду.

Т. Брачий— Поскольку эпидситуация, хотя мы и перешли к третьему этапу, достаточно нестабильная еще в регионе, в том числе, какие ограничения вы сделали для детских садов? Что можно, что нельзя,и на что обращать внимание родителям?

В. Акопьян— Абсолютно правильный вопрос. Дело в том, что 30 июня 2020 года Роспотребнадзор Российской Федерации подписал правила санитарные, которые четко и ясно прописывают для всех типов и видов образовательных организаций, о чем нужно помнить, что нужно знать при организации учебного процесса. Эти правила в первую очередь, конечно же, для образовательных организаций. Начинаем мы день с термометрии. Поэтому, когда приходит сотрудник, педагогический работник или иной, это обязательная процедура, обязательный процесс термометрии также, как и у детей. В этих правилах четко прописано: если температура до 37 градусов включительно…

Т. Брачий— Включительно.

В. Акопьян— … мы и работника принимаем, и ребенка допускаем до учебного процесса. Значит начиная с 37,1 мы просим ребенка забрать домой и обратится уже к врачу. Дальше родитель самостоятельно принимает это решение. То есть первое ограничение — обязательная термометрия. Кстати, нужно подчеркнуть, что данные санитарные правила действуют до 1 января 2021 года. То есть они временные, на четыре месяца учебного года.

Т. Брачий—То есть пока на четыре месяца идет разговор. Точно так же, я понимаю, идет разговор о том, что будут отдельные входы в детские сады. Тоже разводили по отдельным входным группам.

В. Акопьян— Да. Мы задействуем входные группы, и в школах в детских садах разные. Почему? Потому что мы должны оперативно с большой скоростью пропустить большое количество детей. Если в детских садах это максимум может быть 200-300 ребят, то в школах такое количество может доходить и до 1000-1200. Поэтому задача сделать все администрации этих образовательных организаций, для того чтобы не накапливать народ.

Т. Брачий— С детскими садам более-менее понятно. Все-таки ребенок — он более семейный. Все сложнее гораздо со школой. Школа, техникумы, вузы. Вузы в меньшей степени относятся к вам, потому что это подчинение федерального центра. Поэтому школы, техникумы, ПТУ. Очень много информации идет о том, каким будет этот учебный год. Очень много непонятностей, очень много домыслов и очень много предположений, как это все должно выглядеть. Поэтому я хочу, чтобы сегодня вы разъяснили родителям, детям, педагогам, как все будет происходить. Во-первых, начнем с линейки. С одной стороны, я как мама первоклассницы, которая идет в первый раз в школу вот буквально на следующей неделе, очень хочу, чтобы у нее были банты, букет, линейка, чтобы все было красиво: первый звонок. С другой стороны, я смотрю каждый день статистику о коронавирусе, профессиональные свои обязанности, я пишу каждый день, какова статистика, я понимаю, что в последнюю неделю статистка не очень хорошая. По крайней мере растет количество заболевших. В регионе принято решение по тому, что линейки будут проводиться. Но будут проводиться в определенном формате. Четко расскажите во всех ли школах одно правило будет проведения линейки, или будет какое-то разделение на городские школы, на сельские школы, потому что эти территории и заболеваемость разные. И как все будет происходить, чего ждать родителям?

В. Акопьян— Я уже сегодня упомянул, что 30 июня эти санитарные правила были подписаны. И конечно, с 30 июня мы большой командой управленческой, и министерства и органов управления образованием на территориях, и конечно же администрациями образовательных организаций приступили к процессу, который позволит нам организовать учебный процесс в школах и садах именно в строгом соответствии с этими правилами. Мы разработали для каждого образовательного учреждения определенную модель.

Т. Брачий— Для каждого конкретного? То есть для каждой школы?

В. Акопьян— Да. Не может быть универсальных подходов, как говорится, алгоритмических, делай раз, делай два, и почему? Потому что все здания конструктивно разные. Вот мы сегодня говорили, что входы разные. Мы говорили об этажности с вами до эфира, мы говорили о количестве посадочных мест в столовых, мы говорили о рекреациях, где есть один, два, а может быть и три кабинета в одной рекреации в каждом образовательном учреждении. Поэтому универсально для всей страны, где 40 тысяч образовательных учреждений, школ, сделать документ невозможно. Два месяца мы работали над такими документами, над моделями организации процесса. А главный принцип в санитарных правилах, он один — минимизация контактов. Сейчас мы к линейке перейдем. Но как понять минимизацию контактов?

Т. Брачий— Да кстати, я хотела как раз спросить. Потому что понятно, когда это начальная школа, и они отдельно как-то живут в своей рекреационной зоне…

В. Акопьян— Да, абсолютно.

Т. Брачий— Там даже есть дверь, ты закрыл, все. А сейчас-то как?

В. Акопьян— Но они там тоже смешиваются на переменах.

Т. Брачий— Да. Есть физкультура, есть рисование, есть столовая.

В. Акопьян— Конечно. Поэтому минимизация контактов для нас — понятный поход. Мы берем образовательное учреждение, школу до введения ограничительных мероприятий, когда все мы перемещались по образовательному учреждению так как мы хотели, когда мы в каждом кабинете имели закрепленного учителя и класс приходил в каждый кабинет. А теперь наоборот. Мы минимизируем контакты и закрепляем за каждым классом кабинет. И теперь уже учитель приходит в кабинет. Вот главный принцип санитарных правил — это минимизация контактов. До нуля свести невозможно. Даже внутри одного коллектива — 25 детей. Уже невозможно минимизировать контакты между ними, поэтому наша задача минимизировать контакты между разными классами и группами. Это основной посыл.

Т. Брачий— Главный человек, который возьмет на себя удар в данной ситуации, будет преподаватель, который будет ходить из класса в класс, и, если что, это он как раз и рискует больше всего, я так понимаю, в данной ситуации подхватить неприятную болезнь?

В. Акопьян— Мы в обществе живем. Мы можем подхватить ее не только в образовательном учреждении. Не только на своей работе. Поэтому в первую очередь обеспечим, уже это сделали, всех средствами индивидуальной защиты, которые не обязательны к ношению ни учителями, ни детьми в соответствии с этими санитарными правилами.

Т. Брачий— Вы имеете в виду маски и перчатки?

В. Акопьян— Да, маски и перчатки. Маски и перчатки — это у нас обязательные аксессуары только для работников пищевого блока.

Т. Брачий— Но, тем не менее, вы для каждый школы покупаете то количество, которое в случае чего понадобится для всей школы, я правильно понимаю?

В. Акопьян— Абсолютно. Да. И санитайзеры. Они будут находиться и на входе, и в санитарных комнатах. То есть средство индивидуальной защиты, если учитель, педагог допобразования, воспитатель, считает нужным и необходимым дополнительно себе использовать, имеет право. И, естественно, мы будем прислушиваться.

Т. Брачий— Очиститель воздуха, обеззараживать его…

В. Акопьян— Закуплен. Хочу успокоить родителей, мы вообще не просим никаких средств с родительских комитетов под эти вопросы. Всем образовательным учреждениям выделены средства из бюджета.

Т. Брачий— То есть в случае, если возникает такой вопрос, по какой-то конкретной школе или классу, куда обращаться родителям?

В. Акопьян— Я вот 15 лет проработал директором школы в Самаре. Поэтому я бы призвал каждого обратиться в первую очередь к руководителю. Есть телефон, на сайте, прямой телефон директора, есть электронная почта, есть контакты чата на сайте школы. Конечно, нужно всегда начинать с руководителя образовательной организации. Да, если руководитель не реагирует, не помогает, не разъясняет, то, конечно, мы всегда готовы так же через социальные сети ответить на любой вопрос родителя.

Т. Брачий— Давайте все-таки вернемся немного к 1 сентября.

В. Акопьян— К линейкам.

Т. Брачий— Да. Все-таки хочется понять, хотя многие родители уже даже в курсе, кто-то готовится. Тем не менее, какая установка на данный момент?

В. Акопьян— Единый подход по области…

Т. Брачий— Так…

В. Акопьян— …Во всех территориях.

Т. Брачий— Неважно, это город или сельская территория?

В. Акопьян— Неважно. Первый класс. Все первые классы, общее количество, которое есть в школе, выходят одновременно на линейку на открытое пространство. Естественно, это может быть и пришкольная территория, это может быть школьный стадион. Традиционное место, где всегда в образовательном учреждении проводятся линейки.

Т. Брачий— Говорили, что не более трех классов.

В. Акопьян— Нет. Такого условия у нас нет. Это единый подход. И для каждого первоклассника, вы абсолютно правильно сказали, это и банты, и, естественно, в первый раз в первый класс — фотография, это память на всю жизнь. Поэтому для нас это очень важно. Мы, единственное, просим родителей, да, надеть маски. Вот это мы просим.

Т. Брачий— Чтобы родители знали…

В. Акопьян— Но праздник этот для детей, поэтому родители у нас будут отдельно с дистанцией социальной. Дети вместе со своим учителем, конечно же, будут на первом фланге. Ну и, конечно же, учителя, которые будут работать не только как классный руководитель, но и отдельный учитель физкультуры, отдельный учитель музыки, рисования и так далее. Поэтому мы, конечно, на линейку приглашаем всех.

Т. Брачий— То есть социальное дистанцирование будет даже на этом уровне?

В. Акопьян— Среди взрослых.

Т. Брачий— 11 классы, я так понимаю, тоже пойдут отдельной линейкой, поскольку последний год. А все остальные?

В. Акопьян— А принцип минимизации контактов? Мы же помним с вами, о чем говорили: не смешиваем параллели и классы. Поэтому первоклассники отдельно, одиннадцатиклассники отдельно.

Т. Брачий— Все остальные? Вообще линейка отменяется?

В. Акопьян— Для всех остальных…

Т. Брачий— Думаю, что это даже хорошо.

В. Акопьян— У нас для этих классов все с вами впереди будет. Для второго — десятого. Всех остальных детей мы, конечно же, тоже приглашаем в этот день в школу. День знаний как праздник един будет для всех.

Т. Брачий— А они все будут приходить одновременно в эту школу или, опять же, их разбивают по часам?

В. Акопьян— Нет, их разбивают по часам. И данный график можно будет посмотреть на сайте школы.

Т. Брачий— Каждая школа разрабатывает свой график?

В. Акопьян— Да, конечно.

Т. Брачий— Вы сказали, с линейками все понятно. Общий подход, здесь все решили. Начинается учебный год. Мы говорили о том, чтобы минимизировать контакты. В детских садах разные входные группы. Что это значит для школы? Это значит, что один ребенок будет заходить через центральный вход, другой через пожарный вход условно говоря?

В. Акопьян— Запасной.

Т. Брачий— Да. Третий класс, извините, прорубили еще окно, для того чтобы третья зона пошла. Как это все должно выглядеть — разделение потоков?

В. Акопьян— Первое, что я хочу сказать, нужно успокоится сейчас всем нам вместе. И родителям, и администрации школы, и ни в коем случае не делить через центральный или через запасной. Во-первых, мы говорим о том, что это всего четыре месяца. Это временные правила, и я не думаю, что здесь главная задача, кто через какой вход пройдет. Главная задача — это здоровье детей. Данные требования разрабатывались Роспотребнадзором не один день, конечно. Повторюсь, что конструктивные возможности каждой школы разные. И у кого-то может быть четыре запасных входа и выхода, у кого-то— два, у кого-то, может быть, их будет пять, поэтому главная задача родителям сейчас понимать администрацию школы, что разведены классы по входам и выходам не по принципу: тут вот центральный вход, тут вот хорошие дети, а тут запасной…

Т. Брачий— Я думаю, что это как раз меньше всего родителей волнует.

В. Акопьян— …а вот именно, чтобы потоки развести.

Т. Брачий— Их волнует другой вопрос. Начинается учебный год, и как привыкли мы: уроки начинаются, там утренняя смена в 8:30, условно говоря, вторая смена в 13:30. Все это остается? Не будет вот этой системы, что каждый в разное время начинает уроки, чтобы минимизировать контакты?

В. Акопьян— Еще раз вернемся к тому посылку, о котором я сказал. Конструктивные возможности каждого образовательного учреждения разные, поэтому модель, которую сформировала школа в течение этих двух месяцев, июля и августа, она, конечно же, будет разная. Вот сколько у нас — 687 образовательных организаций в регионе. Вот 687 моделей и подходов к этой модели будут, именно в таком количестве.

Т. Брачий— Тогда возьмем так… возьмем модель, скажем так, модель, применимую к школе стандартной, которая есть в Самаре, которая учится не в одну смену, а в две смены. А некоторые есть школы в Самаре, к сожалению, которые учатся в три смены…

В. Акопьян— Нет, у нас таких нет.

Т. Брачий— Но 58-я, в Овраге Подпольщиков.

В. Акопьян— Нет. У них скользящий.

Т. Брачий— Ну, скользящий, но это…

В. Акопьян— Три смены — у нас нет нигде.

Т. Брачий— Но тем не менее, в данной ситуации, как такие школы двухсменные, стандартные школы, со стандартным набором учеников, количеством…

В. Акопьян— Я вам предлагаю тогда, раз вы говорите про 58-ю школу, обратиться к их сайту и изучить, какой подход, да, именно это образовательное учреждения для себя выбрало. Родители 58-й школы и дети уже знакомы с этим. Конечно же, возможно и начало учебного дня в разное время. Это тоже абсолютно правильно будет. Кто-то может придет к 8:30, а кто-то придет к 9:10, через урок. И это тоже будет одним из подходов развести потоки детей и минимизировать контакты. Поэтому здесь абсолютно нормальный подход. Повторюсь, что это временное явление, которое самими правилами установлено на четыре месяца.

Т. Брачий— Я правильно понимаю, что вы рекомендуете всем, кто интересуется, всем родителям обращаться в школу, на сайт школы, и там смотреть?

В. Акопьян— Абсолютно точно.

Т. Брачий— То есть стандартной модели никакой не существует?

В. Акопьян— Невозможно.

Т. Брачий— Но, тем не менее, дети в школе не только учатся, они выходят на перемены. Шел разговор о том, что разные классы будут в разное время уходить на перемены. Это действительно так или нет?

В. Акопьян— Количество и перемен, и временные отрезки на каждую перемену мы сокращать не будем, а даже порекомендовали образовательным учреждениям их увеличить. Для чего это делается? Опять конструктив. Вот в этой рекреации два кабинета или три, потому что у нас каждый класс закреплен за конкретным кабинетом. Верно? Далее давайте рассуждать. Если в рекреации, например два кабинета на одном этаже, а у нас все рекреации санитарные комнаты обязательно здесь же, да, и обязательно, да именно так, — все конструктивы зданий образовательных организаций именно так построены. И далее мы говорим о том, что нам надо проветрить кабинет, надо проветрить рекреацию…

Т. Брачий— А куда детей?

В. Акопьян— Вот мы и будем их менять. Кто-то минут пять побудет в кабинете в этот момент, тогда другой класс будет в рекреации.

Т. Брачий— А перемена будет одновременно у всех? Просто будет меняться выход на общую территорию?

В. Акопьян— Абсолютно точно. Поменяли, проветрили, поменяли группы детей в кабинетах и в рекреации, это все также будет учитываться в модели, которую разработало образовательное учреждение.

Т. Брачий— Питание. Столовая тоже по такой же схеме будет работать?

В. Акопьян— Да. Мы начинаем абсолютно с начала учебного года организацию питания детей с 1 по 11 класс. Графики работы столовых, здесь опять надо посмотреть, сколько входов в столовой. Если два, то это одна ситуация по потоку детей, если это один вход и выход, то значит, это будет иная ситуация. Опять надо посмотреть, в какие перемены столовая обычно занята и под какое количество детей. То есть все будет индивидуально. Универсального подхода, к сожалению, здесь нельзя применить.

Т. Брачий— Физкультура, рисование, музыка, труд — я не знаю, как правильно сейчас называется…

В. Акопьян— Технология.

Т. Брачий— Технология, да. Все это происходит на совместной территории. Как это будет? Возможно, пока, на эти четыре месяца до 2021 года, может, эти предметы просто убрать пока из образовательных программ? Не рассматривался ли такой вопрос?

В. Акопьян— Во-первых, давайте поговорим о том, что школы с 1 сентября переходят на очный, полноценный формат работы. Это первое. Мы реализуем федеральный государственный образовательный стандарт.

Т. Брачий— То есть нельзя?

В. Акопьян— В этом стандарте предусмотрены все предметы. А вот санитарные правила, которые разрабатывались с учетом мнения министерства просвещения Российской Федерации, они, конечно же, предполагают, что специализированные кабинеты, такие как физика, химия, физическая культура, музыка и рисование — они обязаны работать для всех детей в школе. Поэтому после каждого урока в этих кабинетах будет проводиться санитарная обработка.

Т. Брачий— Что это значит? Это будут мыть с хлоркой парты, стулья?

В. Акопьян— Ну почему же с хлоркой сразу?

Т. Брачий— С обеззараживателем каким-либо.

В. Акопьян— Конечно.

Т. Брачий— Брызгать там или что?

В. Акопьян— Абсолютно точно. Санитарная обработка этих кабинетов предполагает, конечно же, применение специальных веществ, которые Роспотребнадзором рекомендованы. По своему составу мы уж не будем их обсуждать.

Т. Брачий— А кто будет, кстати, убирать?

В. Акопьян— Технические персонал школы.

Т. Брачий— А хватит технического персонала убраться за это короткое время перемен, убрать эти классы?

В. Акопьян— Хватит. Абсолютно точно вас уверяю. Потому что из этого кабинета со звонком, который говорит о том, что урок окончен, дети уходят в свой кабинет, закрепленный на всю перемену, а этот класс, этот кабинет свободен.

Т. Брачий— То есть дети, начиная с 1 по 11 класс, не будут привлекаться к санитарной обработке кабинетов во время перерыва?

В. Акопьян— Нет. Это, конечно же, даже не обсуждается.

Т. Брачий— Пойдемте дальше. СМС появилось большое, вот вопрос: «Зачем детей из других классов собирать 1 сентября на классный час?». Это то, о чем вы не говорили, что вот те классы, которые не придут на линейку у них будет отдельный классный час. Я так понимаю, что уже части детей, родителям было объявлено, что 1 сентября будет классный час. «Зачем?», — спрашивают родители.

В. Акопьян— У нас будет два классных часа, два урока, как мы по форме это называем. Мы детей из разных классов не собираем, мы собираем детей только одного класса и классный руководитель у этой группы свой, поэтому дети в одном коллективе.

Т. Брачий— Для чего это, спрашивают.

В. Акопьян— Ну, это же праздник. 1 сентября — День знаний. Праздник. Традиционно 1 сентября мы приходим в школу для того, чтобы, во-первых, узнать и о расписании, и о новшествах, и, конечно же, поговорить о какой-то глобальной большой теме. Мы выбрали, президент страны выбрал, 1 сентября «Урок мужества». Поэтому мы с удовольствием поговорим с ребятами об этом. Мы подготовились. Да, мы соскучились по ним.

Т. Брачий— Это будут проводить сами педагоги?

В. Акопьян— Классный руководитель

Т. Брачий— Приглашенных гостей здесь не будет? Мы минимизируем контакты?

В. Акопьян— Мы на линейки приглашаем гостей, конечно же, да все те, кто захочет прийти и поздравить ребят в микрофон, там, пожалуйста, мы только рады таким гостям, и это было традиционно всегда каждый год. Ничего нового здесь нет.

Т. Брачий— Федеральный оперштаб на днях опубликовал интервью с академиком РАН, который заявил, что вторая волна коронавируса неизбежна в России и почему она будет сильнее. Но это не я говорю, это это то, что публикует федеральный оперштаб. И, естественно, у нас есть эти вопросы. Обсуждается такая страшная дата — 20 сентября. Дата, после которой школы, которые начали очное обучение, и иные образовательные учреждения опять уйдут на удаленку. Вопрос: это правда, что после 20 числа школы, детские сады, техникумы, ПТУ, вузы опять уйдут на удаленный режим обучения?

В. Акопьян— Ответ: нет. Неправда.

Т. Брачий— Сто процентов?

В. Акопьян— 100% неправда. И мы вообще это не рассматриваем. Ни в каких планах наших, как перевести образовательные учреждения с 20 числа, с 19-го или с 25 сентября или октября, мы не то чтобы рассматриваем… Повторюсь, мы пришли в школу с 1 сентября учиться очно в штатном режиме. На четыре месяца с ограничительными некоторыми мероприятиями, которые под девизом «Минимизация контактов».

Т. Брачий— Но если ситуация возникает… Начался учебный год, все нормально, все хорошо, мы учимся, и вдруг в каком-то классе пришел с утра ребенок — 37,1, пришел второй — 37,1, пришел третий — 37,1. Известное правило Роспотребнадзора: если в школе или в классе больше 20% детей заболели, класс уходит на карантин.

В. Акопьян— Вы и ответили на свой вопрос. Самый главный в этом моменте — это Роспотребнадзор. Именно он как надзорный орган федерального масштаба имеет право дать предписание руководителю образовательной организации…

Т. Брачий— Рекомендацию, кстати, замечу. Рекомендацию! Они сами так говорят.

В. Акопьян— Но и предписание, в том числе. Закрыть коллектив классный или закрыть, например, параллель или все образовательное учреждение. И не только по коронавирусу. По любым другим инфекционным заболеваниям, которые у нас в обществе бывают. Поэтому здесь для директора школы, для директора и заведующего детским садом есть орган надзорный официальный — Роспотребнадзор Российской Федерации и его отделение по Самарской области.

Т. Брачий— Вопрос: «А правда ли что на четыре месяца будут запрещены родительские собрания», — Евгения.

В. Акопьян— Нет, мы собрания не запрещаем и вопрос этот не рассматриваем. Почему? Потому что родительские собрания традиционно проводятся вечером. Детей уже в школе нет, поэтому потоки мы не пересечем.

Т. Брачий— Все понятно.

<…>

Т. Брачий— Мы закончили первую получасовку разговором о том, что прекращаем панику: после 20 числа никто никого на удаленку никуда отправлять не будет. Но существует еще один вопрос, который тоже задается. На удаленку вы не отправляете, все ведомства говорят о том, что нам главное развести потоки, минимизировать контакты. При этом у нас есть день выборов — единый день голосования 13 сентября. И еще к этому дню 13 сентября присовокупились теперь 11-е и 12-е. Не все участки, но очень многие, например, мой избирательный участок точно так же находится в образовательном учреждении. 11 и 12 сентября — это пятница и суббота, то есть учеба в школе идет. При этом может появиться огромное желание людей прийти проголосовать именно в эти дни, потому что тепло, хочется уехать домой, на дачу. Что в этих случаях будет происходить в школе? Где будет минимизация контактов?

В. Акопьян— Хороший вопрос. Уважаемые радиослушатели, Татьяна, мы в прошлом году, если вы следите за новшествами в системе образования, внедрили такой курс, который называется «История Самарского края». Это впервые в истории региона, когда мы разработали свой региональный учебник. Мы занимаемся по нему, и ребята с удовольствием теперь уже не только на словах на классных часах изучают по интерактивному, кстати, учебнику, где есть QR-коды, историю нашего региона. Мы преподаем его, еще раз повторюсь, с прошлого года во всех образовательных учреждениях. Мы в феврале месяце слушали послание губернатора нашего региона Дмитрия Игоревича Азарова, который подчеркнул, что он мы должны усилить это направление обязательно еще и экскурсионной деятельностью. Поэтому мы приняли решение, что 11 и 12 числа на территории всего региона, пока тепло, это сентябрь — теплый месяц, мы делаем эти дни экскурсионными. Здесь выборы абсолютно не при чем, потому что они, во-первых, не везде у нас, не во всех территориях. Но каждый класс каждого образовательного учреждения будет в этот день обязательно, также минимизируя контакты, только своим коллективом со своим классным руководителем, будет посещать все достопримечательности, которые есть на территории того или иного муниципального образования. Надеюсь, может быть к этому моменту откроют пошире свои двери музеи. И мы эти дни обязательно проведем в таком формате.

Т. Брачий— Школьники могут радоваться прямо от души: у них два выходных дня фактически будет.

В. Акопьян— Абсолютно точно.

Т. Брачий— Никакого им образования.

В. Акопьян— У кого пятидневка — 11 число, а у кого шестидневка — еще и 12 число.

Т. Брачий— Это был запланированный акт?

В. Акопьян— Мы можем посмотреть в послании губернатора. Это есть в феврале, когда еще никто о коронавирусе даже и не знал.

Т. Брачий— Вопросы от наших радиослушателей. Александр задает, но это скорее реплика, она была раньше до вашего заявления о том, что мы никуда не уходим на дистанционку. «Вы, когда на полгода не разрешаете в школу детям ходить, вы понимаете, что дети полгода без присмотра одни дома сидят, потому что родители на работе?» У меня второй вопрос по этому поводу. Пока родители на работе, дети занимались дистанционно…

В. Акопьян— Да.

Т. Брачий— …в результате очень многие родители даже в школах, я знаю, разговаривала, в очень элитных гимназиях Самары, где замечательно была организована дистанционка, о чем многие мечтали бы родители остальных школ, где выкупался Zoom заранее, где учителей готовили за две недели, они проходили курсы, когда дети вставали в 8 часов и в 8:30 у них начинался урок, шел 30 минут, перерыв. То есть полная иллюзия была, что он присутствует в школе, только сидел ты дома в пижаме и делал уроки. Остальные, большинство детей — давайте будем честны, были предоставлены сами себе и умению родителей объяснить тот или иной предмет. Сейчас эти дети вернулись в школу. Почему я сказала об элитных гимназиях? Потому что мама ребенка из элитной гимназии, которая очень была довольна дистанционкой, недавно мне сказала: а вы знаете, мы на все лето наняли репетитора, который занимался математикой и русским с нами, потому что мы все равно не успели. Я представляю в каком состоянии находится уровень знаний детей, которые были сами по себе. Не потому, что родители плохие, а потому что родители должны были работать. И они просто физически и, может быть, просто профессионально не могли объяснить ребенку тот или иной предмет.

В. Акопьян— Давайте скажем о том, что не только в гимназиях и лицеях предоставлялись такие возможности. Во-первых, мы разработали единую технологию и подход в регионе к дистанционному обучению. Каждый родитель на сайте образовательного учреждения видел, чем ребенок в конкретный день занят с утра до вечера. Выкупать или не выкупать возможности Zoom, знаете, когда весь мир сел на эти платформы, все школы, вузы, то даже выкупленное возможности, если мы об этом говорим, не позволяли дать качественную картинку, и дать возможность детям и учителю, дать такой подход, который бы позволил полное присутствие почувствовать, как будто бы это школа и с 8:30 мы начали заниматься. Поэтому мы сразу, на второй день, когда мы поняли, что, как и вся страна поняла, ни российская электронная школа, ни другие ресурсы, ни Zoom, Skype не справляются, мы рассредоточили для того, чтобы снизить нагрузку на эти каналы связи. Сделали несколько уроков в день онлайн, один-два, а несколько офлайн, когда мы говорили, что ребенку за эти 30 минут нужно было сделать: открыть учебник, прочитать параграф и так далее. Поэтому говорить сейчас о том, что, кого-то мы там отдельно обучили, нет. Мы каждого учителя в Самарской области точно… Поверьте, я с 1995 года работаю в образовании и никогда никуда не уходил, мы информационно-коммуникационным технологиям всегда уделяли большое внимание. Вопрос-то был не в подготовленности учителей, в возможностях и устойчивости системы.

Т. Брачий— И не только. Я хочу еще сказать, что еще в знаниях учителей: насколько они могут работать с техникой, насколько они могут работать с разными программами.

В. Акопьян— Да, это была шоковая терапия.

Т. Брачий— Это очень сильная шоковая терапия.

В. Акопьян— Абсолютно с вами согласен.

Т. Брачий— Педагоги теперь молятся, чтобы больше не было дистанционки.

В. Акопьян— Некоторые до такой степени погрузились в этот процесс, и это дало очень много каждому педагогу для использования элементов таких вещей не на дистанционном образовании, а именно на уроке. Когда мы абсолютно сконцентрировали по предмету модели, анимации, презентации подновили…

Т. Брачий— Как будто из другого мира вы рассказываете что-то. Вот честно скажу. С другой стороны, с чем столкнулись тогда на дистанционке весной, которая стала неожиданной для всех. Просто родителям не хватало технических возможностей даже дома ребенка обеспечить ноутбуками. Да, я знаю, закупались из бюджета для многодетных семей…

В. Акопьян— Семь тысяч гаджетов.

Т. Брачий— Там, по партийным линиям, еще другие.

В. Акопьян— Не только для многодетных семей.

Т. Брачий— В результате на сегодняшний день, на ваш взгляд как министра образования, обеспечены ученики возможностью, я не хочу паниковать, но, чтобы в случае чего они были готовы к возможной дистанционке.

В. Акопьян— Я привел вам цифры сейчас. Семь тысяч гаджетов мы закупили, и семь тысяч гаджетов в течение этого времени было отдано и учителям, и нашим детям для того чтобы можно было обучаться дистанционно. Поэтому и дальше будем продолжать закупать эту технику, но не для организации дистанционного обучения, а для организации учебного процесса в образовательном учреждении.

Т. Брачий— Вопрос: «Допобразование сейчас в каком виде будет проходить? Опять удаленка?».

В. Акопьян— Нет. Абсолютно все образовательные организации работает с 1 сентября полностью в штатном режиме очном.

Т. Брачий— Но с ограничениями.

В. Акопьян— Минимизация контактов.

Т. Брачий— По количеству детей?

В. Акопьян— Нет, не по количеству детей в группе. А именно, минимизация контактов между группами.

Т. Брачий— Ясно, то есть опять надо будет разводить потоки. Если говорить об образовании, мы прошли дистанционку весной, дети вернусь назад школу. Недавно министр просвещения России Сергей Кравцов объявил, что в начале этого учебного года будет диагностика знаний учеников, чтобы выявить реальные знания и понять какую помощь надо оказывать. Как это будет, во-первых, происходить, эта диагностика — страшное слово? И если дефицит знаний все-таки обнаружится, — а я почему-то уверена, что он обнаружится, причем в очень больших количествах, — как с этим будут справляться учителя в школах? Потому что вы будете требовать.

В. Акопьян— Давайте порассуждаем об этом вопросе спокойно, во-первых, без паники. Мы взрослые люди, которые нас сейчас слушают, родители учились так же в российской, советской школе, и у нас были районовские контрольные работы. Никакой паники тогда не было. Это первое. В отличие от всероссийских проверочных работ, которые сейчас проводятся на уровне всей страны, районовские контрольные работы имели отметку, которая влияла на четвертную, годовую. Мы сейчас отметки детям не выставляем ни в журнал, ни в дневник и не объявляем их родителям на родительских собрания. Цель другая у государства. Государство хочет знать, какие остаточные знания у детей есть. Если вы говорите сейчас о том, что два месяца было дистанционное обучение, и мы покажем плохой результат, это абсолютно неверно. Потому что мы детей учим не на полгода знаниям и не на год, а на всю жизнь, и четвертая четверть прошлого учебного года — это лишь 5% тех знаний, которые были даны детям за тот уровень, за который и проверяются знания. Например, вот с 14 сентября по 12 октября у пятиклассников русский язык, математика, окружающий мир будут проверяться за всю начальную школу.

Т. Брачий— Вот это дети попали!

В. Акопьян— Ну уж ладно вам. Никто не будет ни в коем случае говорить конкретно ребенку и родителю, что ваш ребенок не знает или не умеет. Потому что, еще раз повторюсь, цель другая. Какая цель? Итак, мы по всей стране смотрим на остаточные знания детей и обязательно используем эту аналитическую информацию, для того чтобы скорректировать программы — раз, учебники — два, а школа, имея обратный результат, будет смотреть на то, что нужно сделать внутри образовательного учреждения, чтобы скорректировать пробелы, если они имеются.

Т. Брачий— Например, если серьезные пробелы у учеников? Я понимаю в том плане, что хорошо, что дистанционка выпала на конец учебного года. А вот не дай Бог, как говорится, на начало. Что должен будет делать учитель? Мне просто интересно.

В. Акопьян— Давайте сначала поговорим о том, что, действительно, за четвертую четверть… Четвертая четверть, конечно, в основном повторение, и есть в некоторых предметах изучение новых тем. Во-первых, все учителя и образовательные организации получили задание обязательно сейчас уделить время, когда мы приходим в очный формат, уделить время тем темам, которые были в четвертой четверти прошлого года, которые попали на дистанционный формат. Это первое. Мы ни в коем случае не забудем о них, и сразу начнем дальше. Потому что в школьной программе обязательно, мы знаем, что весь последующий материал базируется на предыдущем.

Т. Брачий— Это не значит, что будут съедены какие-то каникулы и летние каникулы оттянут на попозже?

В. Акопьян— Нет. Если нас слышат сейчас учителя, они абсолютно точно подтвердят, что любая рабочая программа по любому предмету обязательно подразумевает резервное время. Это могут быть и праздники, например, да, когда государственный праздник выпадает на определенный день. Таких может быть у нас в течение года несколько.

Т. Брачий— То есть дети будут ходить в школу в этот момент?

В. Акопьян— Нет. Эти дни они как раз-таки в резервном времени, которое сейчас можно использовать в начале учебного года именно на те темы, которые пришлись на четвертую четверть. Поэтому мы не будем говорить о том, что вот мы пришли с всероссийским проверочными работами и начинаем проверять только четвертую четверть прошлого учебного года, да, и делать вывод. Нет. Мы учим не на два месяца и не на полгода, мы учим детей, чтобы они могли знания применять всю жизнь. Давайте посмотрим вот в 5 классах: а что за начальную школу, какие знания получены по русскому языку, математике, окружающему миру. Зачем нам это нужно? Впереди пять лет обучения до 9 класса. В 9 классе выпускные экзамены. И, накапливая эту информацию, из года в год на всероссийских проверочных работах мы можем абсолютно точно выстраивать, какая работа должна быть в школе проведена. Не в целом, а именно непосредственно индивидуально к классу и ребенку. Это для нас очень важно. Поэтому отметка не ставится. Цель другая. 40 минут проходит одна работа. Я абсолютно уверен, что не то что волноваться не нужно, нужно принять это как тот подход, который нужен системе образования, чтобы развиваться, и чтобы видеть, что нужно сделать для ребенка учителю.

Т. Брачий— То есть кардинальной смены программы образовательной в этом году, как минимум в первом полугодии, не будет, я так понимаю? То, что мы думали, что может что-то быть.

В. Акопьян— Нет, у нас никаких нововведений вообще нет.

Т. Брачий— Но есть новые предметы.

В. Акопьян— Есть новый стандарт в 10-х классах. Это да. В этом году вся страна переходит на новый федеральный государственный образовательный стандарт среднего общего образования. Вся страна.

Т. Брачий— Вот я не в курсе, кстати, об этом. Для меня это очень далеко.

В. Акопьян— В том числе и Самарская область.

Т. Брачий— А что это значит?

В. Акопьян— Это профильное обучение в первую очередь, которое целиком и полностью направлено на будущую профессию выпускника 11 класса, выпускника школы. 12 обязательных предметов, которые ребенок выбирает самостоятельно. Конечно, будут обязательные для всех, такие как русский язык, литература, математика, иностранный, история, основы безопасности жизнедеятельности, физическая культура, астрономия. Это предметы обязательные. А остальные предметы ребенок выбирает именно по тому принципу, какой направленности он хочет в будущем профессию — гуманитарной, естественно-научной, технологической.

Т. Брачий— Понятно. По профилю.

В. Акопьян— Вот этот стандарт как раз таки. По профилю, да.

Т. Брачий— Вопросы от радиослушателей. «Сколько новых современных школ открыли в этом году в Самаре, и как благоустраивается территория рядом со школами, и кто за этим следит?», — Татьяна. Кстати, вопрос очень важный, поскольку мы говорим, что мы живем в эпоху коронавируса, и все школы разные, разная этажность, разная вместимость, то, всегда хочется, чтобы было школ побольше, чтобы была рассредоточенность учеников.

В. Акопьян— Мы строим сейчас школу в микрорайоне Новая Самара, это Мехзавод, на 1200 мест. Открываем ее в конце этого года в декабре, 31 декабря, такую условную дату назову. Поэтому с января школа примет, конечно же, ребят. Мы строим сейчас на Пятой просеке, это Октябрьский район. Школа на 600 мест. Это первый корпус. Там будет рядом еще один корпус. Мы ее в 2021 году начнем эту школу строить. Поэтому в целом данный комплекс будет насчитывать 1450 детей, причем даже дошкольного возраста. Внутри этого комплекса будет детский сад. Конечно, мы обращаем внимание на благоустройство этих территорий, естественно. Благодаря национальному проекту «Образование», благодаря участию губернатора Самарской области в этом вопросе, когда мы привлекаем средства в регион федеральные.

Т. Брачий— Сколько сейчас жителей Самары разных районов могут показать точек, где очень хотелось бы иметь школу, где очень много новостроек. Например, в моем районе четыре школы, из них три переполнены, и только одна, директор которой говорит, что у него все дети учатся в одну смену. Но не переживайте, говорит он, в следующем году заселятся два жилых комплекса рядом, и моя школа тоже уйдет в обычный режим работы.

В. Акопьян— Абсолютно с вами согласен.

Т. Брачий— Проблема в том, что реально проблематично устроить в школу.

В. Акопьян— Но в один день мы изменить ситуацию не сможем. Поэтому, например, если вы говорите о новых микрорайонах, то следующий год — «Волгарь» — 1100 мест.

Т. Брачий— Но это микрорайон. А я говорю о том, что строится внутри уже состоявшихся районов, кварталов и так далее, куда «впихивается» новые жилые комплексы (по-другому, к сожалению, сказать никак не могу), и школы новые не строятся. Застройщика не обязывают, министерство образования не обязывает застройщика.

В. Акопьян— Министерство образования и не должно обязывать.

Т. Брачий— Оно и не может, да.

В. Акопьян— Министерство образования занимается образованием.

Т. Брачий— Но оно должно поставить вопрос, чтобы образование было качественным. А оно качественное тогда, когда есть возможность доступа ребенка в учебное заведение. Так же как детский сад, как школа, как поликлиники и по всем остальным инфраструктурным вещам. Рассматривает ли министерство образования Самарской области совместно с министерством строительства Самарской области такие проекты? Хотя бы изучается этот вопрос серьезно?

В. Акопьян— Сюда нужно подключить обязательно администрацию городского округа Самара, если мы про Самару говорим. Да, конечно. Мы обсуждаем эти вопросы. В последнее время, когда при новом губернаторе, этот вопрос невозможен без учета объектов социальной инфраструктуры. К сожалению, про предыдущих руководителей я не буду говорить, потому что я не знаю, какие решения были приняты и каким образом они принимались. Но заверить могу всех наших радиослушателей, жителей города Самары, региона, что сейчас эти вопросы первоочередные. Прежде чем мы что-то будем строить из жилой застройки, вопрос решается строго по социальным объектам.

Т. Брачий— Хотелось бы верить, честно скажу. Я просто смотрю из своего окна вокруг меня, я в старом районе живу, на окраине Октябрьского района, вокруг меня «Печора», «Сокол», «Логика», это огромные комплексы, и я понимаю, что школы там не предвидится. В проектах там школы нет… «Основы семейной жизни, зачем этот курс?», — спрашивает наш радиослушатель.

В. Акопьян— «Нравственные основы семейной жизни» этот курс в рамках программы воспитания, конечно же, мы внедряем. На мой взгляд очень нужный и важный курс для того, чтобы рассказать старшеклассникам нашим, это ученики 10 и 11 классов, о ценностях семьи, о подходах к планированию семьи и так далее. Кстати, мы тоже можем вспомнить не такое далекое прошлое, когда этот курс был в конце 80-х — начале 90-х годов в программах каждого образовательного учреждения.

Т. Брачий— Не помню. Как раз я заканчивала школу в этот период.

В. Акопьян— У меня был.

Т. Брачий— У меня старшие классы выпали на этот период. Не было у меня.

В. Акопьян— Давайте посмотрим эту историю, вы найдете точно, что такие подходы и в советской школе, и в российской школе — они есть, были. Но мы говорим сейчас о том, что планирование семьи действительно важно с точки зрения обсуждения. Здесь не будет на уровне образовательной организации назидательных подходов. Написано в учебнике…

Т. Брачий— Учебник очень спорный.

В. Акопьян— Мы его пока еще не видели.

Т. Брачий— Но по-крайней мере то, что презентовали, очень спорные вещи.

В. Акопьян— Где? 

Т. Брачий— В интернете пока.

В. Акопьян— Мы ничего еще не презентовали, абсолютно точно.

Т. Брачий— А кто будет автор? Это будут светские люди?

В. Акопьян— Светские.

Т. Брачий— Исключительно?

В. Акопьян— Учебник будет светского характера. За это мы можем даже не беспокоиться, потому что закон об образовании говорит, что школа — это светское учреждение.

Т. Брачий— То есть никакие религиозные моменты не будут присутствовать?

В. Акопьян— Если мы говорим об этом моменте, то давайте не будем забывать о всех религиях.

Т. Брачий— То, о чем я и говорю.

В. Акопьян— Если говорить о подходе, то тогда надо говорить о подходе с точки зрения каждой религии. Почему бы нам не упомянуть равноценно.

Т. Брачий— То есть тот самый учебник, о котором все рассказывают, и которым всех пугают, написанный монахиней, это не тот учебник, который будет использоваться при обучении?

В. Акопьян— Я, к сожалению, не знаю о чем вы говорите. 

Т. Брачий— Но пока только он присутствует.

В. Акопьян— Нравственные основы семейной жизни…

Т. Брачий— Да, именно так он и называется.

В. Акопьян— Нет-нет-нет. Подождите. Вы меня тут с толку сбили. Учебников по нравственным основам семейной жизни вообще в стране много.

Т. Брачий— То есть наш регион выбрал светский вариант учебника?

В. Акопьян— Да, абсолютно точно.

Т. Брачий— Еще одна тема, которая обсуждалась: еще летом был принят закон о патриотическом воспитании, называет его так в народе. Вы меня перед эфиром поправили, что это программа воспитания. Вопрос: это действительно у нас будет внедряться с этого года? И как будет выглядеть эта программа воспитания, и насколько это будет патриотическое воспитание?

В. Акопьян— Программа воспитания сейчас разработана по инициативе президента страны. У нее есть один главный девиз и цель: «Одна страна — одна и цель воспитания». Каждое образовательное учреждение начиная с 1 сентября 2020 года в течение всего учебного года будет разрабатывать подходы к единой внутри образовательной организации программе. То есть мы не будем заниматься написанием множества планов в классе, в параллели, в уровне. Мы говорим об одном подходе. Программа модульная. Программа построена по принципу конструктора, то есть выбирая модули. Мы говорим о том, что данное образовательное учреждение имеет свои традиции, мы о них не забываем, кто-то краеведением занимается, кто-то большое количество времени уделяет патриотизму. Но каждый модуль — это базовые ценности. Это личность, это труд, это патриотизм, это уважение к семье и так далее. Каждый из этих модулей направлен на развитие ребенка начиная с 1 класса, вместе с семьей, конечно. Мы не забываем о семье.

Т. Брачий— Это не будет вечная «Зарница», вечная строевая подготовка и так далее?

В. Акопьян— Нет, ни в коем случае. Принцип у этой программы один: если раньше мы говорили о роли классного руководителя и учителя только как о менторе, который заходил в кабинет, перед ним 25 человек класса, и мы говорили: делай так, не делай так, вот именно такие опыты из жизни и литературы дают положительный результат в жизни, — то теперь главное изменение в этой программе, что мы вместе с ребенком, вместе с коллективом работаем над развитием базовых ценностей. Вместе. С учетом опыта взрослого человека — учителя, опираясь на интересы детей и на те направления развития, которые выбирает образовательное учреждение.

Т. Брачий— Если можно коротко. Много вопросов по поводу вузов. Я знаю, что это федеральное подчинение, тем не менее. Пишут о том, что все-таки, может, не надо заочно, вернее, дистанционно учиться в вузах, а очно или совмещать. «Пусть мы будем в масках, санитайзерах, но мы будем находиться в аудитории», — пишут, я так понимаю, студенты. Все хотят учиться очно в аудиториях, и опять про 21 сентября спрашивают.

В. Акопьян— Мы отмели все инсинуации по поводу того, что будет после 20 сентября.

Т. Брачий— Мы считаем, что ничего не будет.

В. Акопьян— Самое главное, что хочу сказать, уважаемые студенты, что несмотря на то, что вузы федеральные, они располагаются на территории Самарской области, мы обязательно вместе с ними сотрудничаем, и абсолютно уверен, что в очном формате вузы начинают работать. Естественно, возвращая студентов в общежития, в том числе. Сейчас такая работа абсолютно точно, уверяю вас, идет, и каждый ректор вуза готов к тому, чтобы начать новый учебный год в Самарской области в очном формате.

Т. Брачий— С ограничениями. И опять же ограничение по преподавателям старше 65 лет.

В. Акопьян— Есть такое.

Т. Брачий— Они будут работать в дистанционном формате со своими студентами.

В. Акопьян— Но всего четыре месяца.

Т. Брачий— Вы так уверенно говорите. Оптимизму вашему можно позавидовать, Виктор Альбертович.

В. Акопьян— Но, если мы все это подготовили?

Т. Брачий— А если завтра война, а если завтра в поход?

В. Акопьян— Мы долго работали над этим.

Т. Брачий— Готовы ли идти на дистанционку? Да или нет?

В. Акопьян— Мы всегда готовы ко всем развитиям событий.

Фото: твиттер минобрнауки Самарской области

Теги
Поделиться публикацией:

Похожие статьи

Персонально ваш / Ольга Шелест / Ведущий Антон Рубин

Номер телефона рекламной службы

+7 (846) 219-33-22

Опросы

Голосовать на выборах три дня

Загрузка ... Загрузка ...

Календарь

Август 2020
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
    Сен »
 12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930
31